Impaler (v_impaler) wrote in mytroitsk,
Impaler
v_impaler
mytroitsk

Categories:

Борис Штерн "Ковчег 47 Либра"

ark_obl20-l-m
Троицк, 2016, издательство "Тровант", 344 с.

О научно-фантастическом дебюте троицкого учёного и журналиста Бориса Штерна хотелось рассказать уже давно, Я купил книгу прошлым летом, как только она появилась в Доме учёных, прочитал быстро, почти залпом, и думал предложить эту тему газете, желательно в формате интервью с автором. Но всё не получалось - лекция Штерна в ДУ на тему экзопланет постоянно откладывалась и в итоге так и не состоялась.

Второй шанс был подать тему "под соусом" Дня космонавтики, но, опять-таки нет места, да и мне было совсем не до того в тот момент... А жаль, потому что я уже разговаривал со Штерном разговаривал год назад, по скайпу, когда газете "Троицкий вариант - Наука" присудили премию "Просветитель", и было весьма интересно. Тогда немного зашла речь о предыдущей книге автора - "Прорыв за край мира". Это было весьма своеобразное произведение - половина научно-популярная, в которой рассказывалась история появления концепции космологической инфляции, т.е. поведения Вселенной на ранних стадиях Большого взрыва, а другая половина "фантазийная" - где на примере гипотетической цивилизации европиан, жителей Европы, спутника Юпитера, Борис Штерн показывал, как существа могут расширить горизонты познания и решиться на выход в неведомое вопреки всем, казалось бы, рациональным доводам.

Уже тогда Штерн чуть-чуть приоткрыл тайну и рассказал о работе над новым произведением, героями которого будут уже не европиане, но существа, весьма к ним близкие по складу ума и характера. Оказалось, эти существа - самые обычные люди... но и не только. Чтобы сказать больше, нужно прибегнуть к "спойлерам", а этого делать очень не хочется - зачем лишать читателей книги чувства сюрприза? Поэтому постараюсь ограничиться полунамёками.

klyck1 Так вот, сюжет - заселение человеком другой звездной системы - был задуман Штерном еще четверть века назад. Но вызревал он медленно - недаром свой жанр он называет "сверхтвердой научной фантастикой". Сверхтвердая - значит, никаких антинаучных допущений. Никакой телепортации, нуль-транспортировки, гиперпространственных прыжков и космолетчиков под спайсом. Скорость света превзойти невозможно, анабиоз недостижим, разум из машины - тоже, зато появляются сложнейшие роботы, колонизируется Марс, и человечество создает телескопы, способные померить состав атмосферы у планеты, которая находится за 60 световых лет от Земли. Это и есть 47 Либра b, которую земляне хотят колонизировать, отправив Ковчег в путешествие длиной в несколько тысяч лет.

Самое большое допущение - как раз в сроках. В том, смогут ли люди забыть о своих краткосрочных целях, и делать то, что не то чтобы не сбудется, а о чём узнаем не мы и даже не далёкие наши потомки. Штерн предполагает, что такие люди есть - и, возможно, как раз пример коллег по Институту ядерных исследований, других его товарищей по науке и по научной публицистике в "ТрВ-Наука" дает ему основания думать так.

zapusk1 Обычно беллетристикой движет конфликт и развитие личностей. Здесь как таковых героев нет - вернее, герой один, это Учёный с большой буквы, который бросает вызов, с одной стороны, мирозданию, которое заперло его в узкой клетке пространства-времени, с другой, обществу, то есть опять-таки природе вещей. Конечно, когда книга охватывает сотни, тысячи и сотни тысяч лет, говорить о проявлении героев невозможно - хотя хочется заметить, что эти герои - несколько архетипических личностей, которые даны пунктиром сквозь серию персонажей, иногда наследующих друг другу, а иногда бесконечно далёких. Но, оказывается, дух познания един, несмотря ни на время, ни даже на биологические виды...

"Сверхтвердая фантастика" Штерна оказывается сродни не современным "звёздным операм" и даже не космическим притчам Брэдбери, а романам Жюля Верна, тяжеловесным, старомодным, но очень часто - невероятно цепко ухватившим грядущее. Как француз долгими страницами перечислял, как члены Пушечного клуба планируют полёт на Луну, а колонисты Таинственного острова строят фермы и выплавляют металл, так и троичанин подробно растолковывает устройство магниторотационного космического двигателя, "штопора Роланда", устроенного подобно квазару, объясняет, с какой скоростью тронулся космический караван Ковчега и в какой момент он перестал быть виден в любительские телескопы... За всем этим стоит не фантазия, но расчет и консультации с коллегами-физиками. И не только физиками - например, идею о том, почему не задались дела у первой колонии на новой планете, подал известный биолог-генетик Михаил Гельфанд, зам редактора "ТрВ-Наука", за что и был увековечен в одной из иллюстраций к книге. Вчитываться в эти раскладки - сплошное удовольствие, если сама концепция "сверхтвердой фантастики" вам по душе.

press1Еще один "конёк" Жюля Верна - описания природы. И здесь Борис Штерн не ушёл далеко, самые первые страницы книги посвящены описанию пока еще неживой планеты, и эти картинки встают перед глазами и заставляют читать дальше. Потом несколько раз повторяется тема перевала, открытия новых земель, равно как и своего родного уголка в terra incognita. Она подана с точки зрения путешественника, но точно так же можно понимать ее и в рамках научного поиска - когда молодой учёный, изучая новые для себя области, чувствует - это его место, здесь будет интересно... или не чувствует и действует "по накатанной", идёт по чужим следам. На мой взгляд, не все картинки удается передать ёмко и образно, но надо понимать, что автор книги - физик-теоретик, а не Пришвин или Паустовский...

И вечная тема - спор науки и религии. Последняя здесь выступает символом стагнирующего благополучного общества, на фоне которого происходит эпопея создания Ковчега. В то же время автор сам активно использует, по его же определению, "метафору Бога" для объяснения то своему книжному оппоненту, то читателю, смысла того, чем занимаются герои-учёные. "Постулат цели состоит в том, чтобы как можно больше разумных существ увидели Вселенную и восприняли ее во всей красе", - формулирует Штерн. "Заселение нового мира - дело богоугодное или нет?" - спрашивает герой оппонентов, религиозных фанатиков, и те расходятся, погрузившись в тяжелые раздумья.

pervoproh1Интересно, что эта тема уже поднималась в одном из очень ранних образчиков "научной фантастики", "Космической трилогии" Клайва Льюиса, протестантского философа и писателя, более известного по своим "Хроникам Нарнии". В первой из книг герой (как говорят, списанный с профессора Толкина) попадает на Марс и оказывается в причудливом мире вымирающих разномастных существ, похожих кто на цапли, кто на черепах. Они ищут остатки тепла и кислорода в расщелинах марсианских "каналов", а когда герой спрашивает, почему же те не пробуют изменить свою судьбу или переселиться на другие планеты, отвечают - мол, такова Божья воля, и они не вправе ей перечить. Хотя в книге есть и прозрачный намёк, что перечить пытались, и кончилось это чем-то средним между Потопом и Вавилонской башней. Антагонист же - типичный "безумный учёный" из комиксов, он, напротив, грезит покорением иных миров, но дело кончается плохо - уже во второй книжке в беднягу вселяется сатана, и протагонист убивает его голыми руками, чтобы не допустить грехопадения еще одного мира, на этот раз венерианского.

Не допустить грехопадения нового мира, только на свой лад, пытались и учёные - строители Ковчега. Они не хотели, чтобы те, кто будут жить в нём, подцепили "вирус средневековья", заразу стадности, тоталитаризма, косности, потребительства. Это им удается, но роковой ценой - полностью отключив связь с "материнским" миром. И новый мир людей - не идеальных, конечно, со своими недостатками, но вполне утопический, - оказывается нежизнеспособным без "первородного греха", который, однако, четко разъясняется в терминах биологии. И место людей занимают другие персонажи - прекрасные, как гуингнмы у Свифта, и еще более игрушечные, больше похожие на последний сон последнего человека с новой планеты, чем на реальность. Неспроста же в финальной сцене сводный хор поёт "Реквием" Моцарта... А что случилось с нашим миром, обречены ли земляне со своим средневековьем - книга оставляет этот вопрос открытым. Хотя, я думаю, события последних лет наложили на историю Ковчега свой отпечаток...

shternИ в завершение - немного местечкового патриотизма. Многие знают, что в город Троицк входит территория посёлка Советский Писатель, где жили и впрямь многие писатели с именами, а также кинорежиссёры, но никто из них не говорил, мол, я - из Троицка. Дача и есть дача. А вот писателей-горожан в Троицке не так-то много - если не считать авторов мемуаров, краеведческих трудов и научных монографий, то это только Нина Соротокина, создательница сценария к фильму "Гардемарины, вперед!". Теперь к ней присоединяется учёный-фантаст Борис Штерн. Что примечательно, жил на свете, в городе Одессе, другой фантаст Борис Штерн, которого отличает от нашего только отчество - написал немало, был отмечен Борисом Стругацким... словом, не перепутайте.

А "наш" Штерн не смог не отразить Троицк на страницах книги - и в печальных строчках о том, как "постепенно угасает божья искра в подмосковных научных городках", и в персоне корреспондента "Троицкого варианта" в XXII веке... И на страницах же книги мы видим графические иллюстрации, которые сделал для книги художник, бард и депутат городского совета Максим Пушков. И можно предположить, что некоторые он делал с натуры.

Владимир МИЛОВИДОВ
Subscribe

  • Александр Удаев: Игрок, тренер, судья

    Первый тренер футбольного клуба "Троицк" Александр Удаев отпраздновал 6 июля 70-летие. Через день ещё один юбилей,…

  • Маргарита Кочергина: Учитель учителей

    10 сентября исполнилось бы 75 лет Маргарите Константиновне Кочергиной. С 1965 года, с самого основания, она работала в троицкой Вечерней…

  • Коронавирусный ликбез

    Подробности об эпидемии приходят отовсюду. Центральный телеканал, школьный родительский чат, обращение градоначальника или видеоролик от…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments